Вначале выясняется, что сопровождать груз экспедиционного шмотья и ставить лагерь при температуре 38 (бронхит-с) вполне возможно. Правда, когда в сумерках в кабине «Камаза» ты пытаешься вылечиться силой воли, начинаешь замечать, что по обочинам трассы вместо деревьев и кустарника тебе вполне натуралистично видятся дома и заборы. Немного сбивает, когда ты ждешь не дождешься ближайшего поселка для ночевки. Ставить лагерь тебе помогает полная аптечка разных противопростудных колес.

                                                        
 

Также выяснилось, вполне возможно за сорок минут (с 00.50 до 01.30 ночи) поставить силами трех человек поставить четыре многоместные брезентухи. И не важно, что после этого вы спите часов до 11 и потом долго подправляете поставленные палатки.

Вы также можете сделать еще одно важное открытие – оказывается, любимые геофизики не всегда ставят лагерь в правильно выбранных местах. Не назовешь же свежие отвалы старательских полигонов правильно выбранным местом. И не всегда вам могут достаться от них каркасы для палаток – их могут успеть раздербанить  на дрова до вашего приезда .

 

Если предыдущие два года местный климат был к вам благосклонен, это не значит, что хорошую погоду вы будете всегда возить с собой. Может ненароком статься, что из 15 отпущенных на объект дней маршрутными (читай погожими) окажутся только 5. А в остальные – будете медитировать в палатках под музыку дождя. Если начальник позволит вам медитировать).

                                                        


                                        

 

Идя по профилям геофизиков, вы не всегда сможете заверить нарисованные ими аномалии. Просто хотя бы потому что придется для этого раскапывать дерн и долбить вечную мерзлоту. И ни одного камушка на поверхности может не оказаться-с

                                

Если рудопроявление, на котором вы работаете, и слова доброго не стоит по содержанию золота, это не значит, что его таким всегда считали. Это я к тому, чтобы вы не сильно удивлялись, ожидая увидеть место, где почти не ступала нога человека и обнаружив там кучу следов этой самой ноги – начиная от длинных разведочных канав и кончая брошенной буровой установкой.

                                                  

 

 

Может оказаться, что не так страшен участок, сколько дорога до него. А сам участок – как участок. В меру гористый, в меру болотистый, в меру заросший. Медведей тоже в меру, то есть свежих следов полно, но ни один медведь не показывается.

                                                  

 

 Но пробивать заросли местами все-таки придется...

                                                   

 

 

И наконец. Если вы за один день доехали до участка работ по дороге, которую правильно было бы назвать «направлением», пересекающей две большие реки, то это не значит, что вы сможете участок столь же быстро покинуть. Поскольку в местности имеют место быть дожди, что реки имеют обыкновение разливаться. А уазик-«буханка» не укомплектован ни гребным винтом, ни рулями глубины, ни перископом. То есть перетащить через реки вас может только крупный моторный зверь. КамАЗ тот же или КрАЗ. И то не всегда может перетащить. Да и вот еще что, друзья мои, никогда не пытайтесь перебраться через разлившуюся реку «тройной сцепкой». То есть когда впереди КрАЗ с избушкой на спине, за ним на тросе – КаМАЗ, груженый вашим экспедиционным шмотьем, а к КаМАЗу, в свою очередь привязана «буханка». КрАЗ может ненароком застрять в зыбуне посреди реки, затянув в тот же зыбун и КамАЗ и оставив «буханку» болтаться в бурном потоке. Процедура взаимной расцепки и извлечения из бурной реки (при этом течение едва не уносит «буханку» в автономку и едва не переворачивает КамАЗ со шмотьем и, собственно, вами) подарит вам десятки незабываемых минут, озвучиваемых изысканными лапидарными выражениями. После чего вы пару-тройку деньков будете вынуждены ждать, пока вода упадет хотя бы до полутора метров.

                                 

 

Сразу после окончания работ на Олботе отряд разделился. То есть начальник с главной геологиней и одним помощником отправлялся на вертолетах наводить ужас на Охотско-Чукотский вулканический пояс, а ваш покорный слуга с двумя помощниками (вернее с помощником и помощницей) отправлялся на другой машине бегать по участку Чумыш, что в 300 верстах от Магадана. Восточнее описанного мной в прошлом году курорта Талая.

И еще один нюанс напоследок: для того чтобы разделиться (и разделить шмотки и продукты соответственно), необязательно возвращаться в Магадан. Это можно сделать сразу после очередной переправы. По приезду другой машины. Начальник сотоварищи сделал ручкой и укатил летать по Поясу. А мы перегрузили остатки шмоток в «другую машину» (газон 66-ой) и покатили втроем делать следующую главу.

                               

Продолжение следует